России повезло с Беларусью

России повезло с Беларусью

Сегодня день независимости Республики Беларусь, национальный праздник, день освобождения Минска от немецко-фашистских войск. Соответственно, есть повод поговорить о Беларуси, а точнее ее лидере. Для меня президент Беларуси всегда был неоднозначным, но ярким политиком. В 90-е годы на фоне ельцинского развала и залоговых аукционов и полностью зависимого от Запада внешнеполитического курса его фигура выглядела очень привлекательно. Тогда многие в России надеялись, что он каким-то чудом может оказаться в Кремле.
Сам президент Беларуси был вынужден по экономическим вопросам договариваться с российскими губернаторами напрямую, что в итоге и позволило его стране избежать экономического хаоса и политических потрясений. В нулевые годы ситуация в России изменилась – из руин советской экономики Путин создал один из крупнейших и быстрорастущих рынков мира. Капитализм и его жестокая, но справедливая рука рынка мне всегда были более симпатичны, чем социальная справедливость и белорусская модель экономики рыночного социализма. Наверное, таким был бы модернизированный СССР, если бы поздняя советская номенклатура не продала его за копейки американцам.
Созданная в Белоруссии модель экономики в значительной степени сохранила советские социальные гарантии и работает в интересах 90% населения. Там фактически нет коррупции и этнической преступности. Современная Беларусь – это Россия, которую мы потеряли в далеком 1991 году. Основным минусом белорусской экономики является отсутствие собственных энергоносителей, что и явилось причиной различных конфликтов с Россией. Линия господина Лукашенко далеко не всегда была корректной и последовательной в отношении нашего государства. Однако он всегда любой ценой старался защитить свою маленькую республику. К тому же, не стоит забывать, что его слишком часто обманывали в Кремле в 90-е. Приватизация в пользу российских олигархических и чиновничьих кланов – это то, что России так и не удалось навязать Беларуси. В 2011 автору этих строк случайно попались схемы раздела белорусской собственности.
Как известно, в мае 2014-го в Казахстане был подписан договор о Евразийском экономическом союзе. В экономический союз вошли Белоруссия, Россия и Казахстан. Потом к ним присоединились Киргизия и Армения. Процесс интеграции будет очень длительным и займет примерно десять лет. Но, в отличие от России и Казахстана, для Беларуси финансовая выгода уже ощутима. Украинские предприятия в значительной степени покинули российский рынок. Их место заняли, прежде всего, предприятия из Беларуси с дополнительной выручкой. Ее основным конкурентным преимуществом в новом союзе является человеческий капитал. Выражаясь простым языком: белорусы не воруют. А с проблемой воровства со стороны персонала постоянно сталкиваются представители мелкого и среднего российского бизнеса.
Для президента Беларуси в вопросе экономической интеграции есть очень важный и даже болезненный момент. К 2025 году запланировано создание наднационального органа по регулированию финансового рынка. Сам орган будет находиться в Алматы. К этому сроку, вероятно, должна появиться и единая евразийская валюта. Президент Беларуси неоднократно заявлял о том, что единая валюта, евразийский евро, должна стать завершающей частью интеграционного процесса. Понять Александра Лукашенко можно. Суверенный печатный станок – это часть его независимости и суверенитета, возможность в случае необходимости решить экономические проблемы республики болезненным, но быстрым и очень эффективным способом. Однако затягивание с вводом единой валюты откровенно тормозит экономическую интеграцию. Вопрос решаем. Например, в рамках соглашения по созданию евразийского ЦБ может быть предусмотрена квота для кредитования Беларуси или ее Нацбанка. При вводе новой валюты, вероятно, правильно было бы использовать опыт Европы, то есть сначала появится безналичная денежная единица, а потом кэш.
Нам, в России, с Лукашенко никогда не было просто. С сильной личностью всегда сложно. А хороший характер – это его отсутствие. Но нам повезло, что у Беларуси именно такой президент. Ведь, как известно, лучше с умным потерять, чем с дураком найти.